Статистика - Статей: 872588, Изданий: 948

Искать в "Советская историческая энциклопедия..."

Философия истории





ФИЛОСÓФИЯ ИСТÓРИИ – раздел философии, связанный с интерпретацией ист. процесса и ист. познания. Содержание и проблематика Ф. и., стоящей как бы на стыке философии и истории и являющейся старейшей из всех теоретич. дисциплин истории, существенно изменялись в ходе ее развития.

Уже в античной историографии содержатся определенные представления о прошлом и будущем человечества, однако они еще не складывались в законченную систему взглядов. Антич. мышлению была чужда мысль о смысле и направленности ист. процесса как целого. В ср.-век. теологической Ф. и. (иногда называемой историософией) (Августин и др.) гл. движущей силой истории считалось внеисторич. божеств. провидение (люди – только актеры драмы, автором к-рой является бог), а сама Ф. и. – производной от теологии. В борьбе с этой концепцией, начиная с эпохи Возрождения, формировалась светская Ф. и., значит. вклад в к-рую внесли Ж. Боден, англ. материалисты 17 в. и особенно Дж. "Вико" с его теорией ист. круговорота. Сам термин "Ф. и." впервые был употреблен Вольтером (одно из его ист. соч. носит назв. "La philosophie de l'histoire", 1765), имевшим в виду универсальное ист.-философское обозрение человеческой культуры. У Гердера ("Ideen zur Philosophie der Geschichte der Menschheit", Tl 1–4, 1784–91) Ф. и. впервые рассматривается как научная отрасль, занимающаяся общими проблемами истории и призванная ответить на вопрос: существуют ли положительные и неизменные законы развития человеческого общества и если существуют, то каковы они. Ф. и. 18 – 1-й трети 19 вв. была по преимуществу теорией глобального ист. развития. В центре ее внимания стояла онтологич. проблематика: философы стремились определить цель, движущие силы и смысл ист. процесса. В этот период был выдвинут ряд плодотворных идей. Так, просветители 18 в. разработали понятие прогресса (Кондорсе), выдвинули идею о единстве ист. процесса (Гердер), заложили основы истории культуры, противополагаемой чисто политич. истории (Вольтер), обосновали мысль о влиянии на человека географич. и социальной среды (Монтескьё, Руссо) и др. Нем. классич. философия, особенно Гегель, дает глубокую постановку проблемы свободы и необходимости, выступает против сведéния всемирной истории к хаосу случайностей и произволу "великих людей". Теория Гегеля была высшим этапом развития идеалистич. Ф. и. Он попытался представить историю как единый закономерный процесс, в к-ром каждая эпоха, будучи неповторимо своеобразной, представляет собой в то же время закономерную ступень в общем развитии человечества. Он подчеркивал, что развитие общества носит поступательный характер, что в нем обнаруживается прогресс в сознании свободы, а не только простое изменение. Однако ист. процесс для Гегеля – лишь бесконечное саморазвертывание разума, идеи. Отсюда – абстрактность гегелевской Ф. и. и ее несостоятельность в объяснении конкретного хода истории. Для рационалистич. Ф. и. этого периода в целом была характерна спекулятивность, попытка вывести законы ист. развития из абстрактного филос. мышления. (См. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 21, с. 305). История рассматривалась прежде всего в метафизич. плане, как сфера проявления трансцендентной, вне самой истории лежащей закономерности или судьбы. Сила, управляющая историей, могла называться по-разному: "Абсолютный дух" (у Гегеля), "Разум", "Естественный закон" и т. д. Но во всех случаях эта сила остается внеисторической: она проявляется в истории, но не создается в ней. Даже рассматривая имманентные силы ист. процесса, философы не могли освободиться от метафизич. их трактовки. Особенно крайние формы конструирование истории по априорному логич. плану приобрело в немецкой классич. философии.

Эта спекулятивность вызвала острую критику со стороны "позитивизма", к-рый пытался заменить Ф. и. в качестве теоретич. дисциплины истории "социологией", а эту последнюю превратить в "положительную науку" о законах развития и функционирования человеческого общества. Однако позитивизм не преодолел идеализма и априоризма (нашедших, напр., выражение в конструировавшихся О. "Контом" трех стадиях обществ. развития, соответствующих стадиям мышления). Натурализм позитивистского мышления был глубоко антиисторичен и пренебрегал конкретной историей. Человеческая деятельность снова оказывалась не источником, а только продуктом действий каких-то внеисторич. факторов (природная среда, неизменные "человеческие потребности" и т. п.). Отсюда – острый конфликт уже в 19 в. между позитивистской социологией и историографией.

Задача преодоления идеалистич. Ф. и. в конечном счете сводилась, как писал Ф. Энгельс, к открытию "... общих законов движения, которые в качестве господствующих прокладывают себе путь в истории человеческого общества" (там же). Эта задача была выполнена К. Марксом. Материалистическое понимание истории устраняет из истории все сверхъестественное, внеисторическое. По Марксу, люди сами творят историю, будучи одновременно и актерами и авторами своей всемирно-ист. драмы. Но люди творят свою историю не по произволу, а на основе существующих объективных условий. Результаты деятельности предшествующих человеческих поколений, будучи объективированы в определенном уровне развития производит. сил, в производств. отношениях и т. д., предстают перед каждым новым поколением как нечто данное, от его воли не зависящее, как объективные условия его деятельности. Сами обществ. стремления и идеалы суть определенные тенденции развития реальной действительности. Т. о., обществ. деятельность одновременно и детерминирована, и свободна, поскольку история невозможна без сознат. усилий и борьбы, в ходе к-рой идеальные стимулы и цели превращаются в объективные условия. Эта сторона марксистской Ф. и. была развита в новых ист. условиях В. И. Лениным, показавшим диалектич. единство объективных процессов и субъективного фактора, подчеркнувшего значение творческой инициативы масс, классов, партий. Материалистич. понимание истории означало радикальное преодоление спекулятивной Ф. и. Философия больше не претендует на то, чтобы нарисовать априорную схему всемирно-ист. развития. Изучение прошлого не может обойтись без определенных теоретич. предпосылок, однако "... эти абстракции отнюдь не дают рецепта или схемы, под которые можно подогнать исторические эпохи. Наоборот, трудности только тогда и начинаются, когда приступают к рассмотрению и упорядочению материала, – относится ли он к минувшей эпохе или к современности, – когда принимаются за его действительное изображение" (там же, т. 3, с. 26). Это требует от историка самостоятельного философского мышления: он не просто иллюстрирует взятые из философии готовые принципы, а творчески применяет диалектико-материалистич. метод исследования к своему специфич. материалу; историки вносят свой вклад в разработку филос.-историч. проблематики.

В бурж. обществоведении 2-й пол. 19 в. традиционная метафизич. и онтологич. Ф. и. постепенно теряет свое былое значение. Онтологич. проблематика, вопросы теории ист. процесса отходят к др. обществ. наукам, прежде всего к социологии, к-рую позитивизм стремился максимально эмансипировать от философии. Но позитивистская социология не была ориентирована на нужды ист. исследования. Образовавшийся интеллектуальный "вакуум" историки вынуждены были заполнять сами, используя элементы различных, часто несовместимых друг с другом, философских систем. Борьба развертывалась между позитивизмом и традициями нем. романтич. историографии (школа Л. Ранке и др.). Кризис позитивистского эволюционизма в кон. 19 – нач. 20 вв. способствовал возрождению различных вариантов теории ист. круговорота (О. Шпенглер, А. Тойнби, П. Сорокин). Метафизич. проблема смысла истории остается центр. проблемой Ф. и. "неотомизма" (Ж. Маритен, А. Демпф и др.) и др. течений христианской Ф. и. (Н. А. Бердяев, Р. Бультман, Р. Нибур и др.).

В кон. 19 в. в бурж. философии сложилась, в противовес прежней, классической, Ф. и. с ее онтологич. проблематикой, т. н. критич. Ф. и., выдвинувшая на первый план гносеологич. и логико-методологич. проблематику, анализ процесса и результатов ист. познания. В ней можно выделить 2 осн. течения: гносеологическое (в основном охватывает антипозитивистские течения бурж. философии кон. 19–20 вв.) и логико-методологическое (по преимуществу, неопозитивистское). Гносеологич. теория и критика ист. познания (направление, начало к-рому положил В. "Дильтей") не ограничивается рамками собственно историографии – она анализирует ист. сознание в широком смысле слова. Так, у Б. "Кроче" теория историографии – лишь одно из проявлений "философии духа"; в "экзистенциализме" Ф. и. выступает как один из аспектов "философии человека"; неокантианская концепция истории (В. Виндельбанд, Г. Риккерт) тесно связана с философией ценностей (см. "Неокантианство"). Осн. пафос этих теорий – в утверждении предметной, гносеологич. и методологич. специфичности истории, ее отличий от естествознания и "натурализованных" обществ. наук, особенно социологии. Эта критика была заострена не только против позитивизма, но и против марксизма. Она способствовала дальнейшему отделению ист. исследования от теоретич. обществ. наук.

"Аналитическая" Ф. и., связанная с позитивистской традицией, ограничивает свои задачи логико-методологич. исследованием существующей историографии, считая, что задачи философии не предписывать правила ист. метода, а лишь описывать и анализировать реальную исследовательскую процедуру и объяснительные приемы историка (см. об этом направлении в ст. "Неопозитивизм").

В системе совр. марксистской науки философско-ист. проблематика разрабатывается преим. в рамках исторического материализма, к-рый в известном смысле и есть марксистская Ф. и. (поскольку он исследует общие принципы и категории интерпретации истории, проблему объективности и критерии истины общественно-ист. познания и т. д.), а также в рамках логики науч. исследования (логич. специфика ист. метода, виды и формы ист. описания, структура ист. объяснения и т. п.) и, наконец, в рамках самого ист. исследования (принципы периодизации всемирной истории, анализ конкретно-ист. понятий и т. д.).

Марксистско-ленинская Ф. и. развивается в борьбе с реакц. направлениями совр. бурж. Ф. и., отрицающими объективные закономерности ист. развития, ист. прогресс, объективность ист. познания и т. д. См. также статьи "Историография", "История", "Исторический материализм", "Методология истории".

Лит.: История и социология, М., 1964; Кон И. С., Проблема истории в истории философии, в сб.: Методологич. и историографич. вопросы ист. науки, в. 4, Томск, 1966; Kon I. S., Die Geschichtsphilosophie des 20. Jahrhunderts, 2 Aufl., Bd 1–2, В., 1966; Вайнштейн О. Л., Теоретические дисциплины истории, в сб.: Критика новейшей бурж. историографии, Л., 1967; Маркарян Э. С., Очерки теории культуры, Ер., 1969; Gardiner P. (ed.), Theories of history, Glencoe, [Illinois], [1959]; Meyerhoff H. (ed.), The philosophy of history in our time, N. Y., 1959; Dantо А. С, Analytical philosophy of history, Camb. (Mass.), 1965; Hook J. (ed.), Philosophy and history, N. Y., 1963.

И. С. Кон. Ленинград.



Еще в энциклопедиях


В интернет-магазине DirectMedia