Статистика - Статей: 872588, Изданий: 948

Искать в "Биографический энциклопедический словарь..."

Горчаков





Горчаков, князь Михаил Дмитриевич

- генерал-адъютант, генерал от артиллерии, сын кн. Д. Петр Г., изв. сатирика, служившего первонач-но в воен. службе и ран. при штурме Измаила; род. в 1793 г., воспитывался в частн. учебн. заведении, по окончании которого в 1807 г. поступил юнкером в лейб-гвардии арт. батальон (впоследствии лейб-гвардии 1-я арт. бригада). В 1809 г. Г. был командирован на Кавказ в т. наз. Грузинский корпус, назначен ад-м к главнокомандующему в Грузии, марк. Паулуччи, и участвовал в отражении наступления персид. армии к Шамхорскому мосту через Делижанское ущелье. Возвратившись в лейб-гвардии арт. батальон, Г. в составе его совершил камп. 1812, 1813 и 1814 гг. и с отличием участвовал в сражениях под Бородином, Люценом, Бауценом, Дрезденом и Лейпцигом. В 1817 г. Г. был переведен в генеральный шт. с производством в полк. Произведенный в 1820 г. в генерал-майоры, Г. был назначен начальником штаба III пех. корпуса, с которым и принял участие в тур. войне 1828-1829 гг. При переправе через Дунай, у Сатунова, Г. одним из первых вступил на тур. берег, за что был награжден орд. св. Георгия 3 ст. В эту же войну он участвовал в осаде Силистрии и в блокаде крепости Шумлы. По окончании войны Г. был назначен генерал-адъютантом к Его Императорскому Величеству, а в 1831 г., с началом польск. войны, начальником штаба I пех. корпуса и оставался в этой должности до сражения при Вавре, когда за раной начальника артиллерии действующей армии, генерал-адъютанта Сухозанета, был назначен на эту должность. Г. распоряжался устройством переправы через Вислу у пос. Осек, неоднократно командовал ав-рдом и участвовал в сражениях под Гроховом, Остроленкой и во взятии Варшавы. Во время Венг. кампании 1849 г. Г. был начальником штаба действующей армии, участвовал в бою под Вайценом и распоряжался устройством форсир. переправы при Фюреде через р. Тиссу 14 июля 1849 г. В 1853 г., с началом Вост. войны, Г. было поручено командование войсками III, IV и V корпусов, действовавших на Дунае и по побережью Черн. моря. Видя ясно ту неохоту, с какой главнокомандующий, кн. Паскевич, вел кампанию за Дунаем, и разделяя отчасти мнение его, что воен. действия на Дунайск. театре войны не м. привести к решит. результатам, Г. по собств. инициативе, болея душой за судьбу Севастополя, отправил туда сперва состоявшего при нем инженер-подполк. Тотлебена, а затем и часть своих сил (1-ю бригаду 14-й пех. дивизии и всю 16-ю пех. дивизию) и вообще стремился всячески помочь Крым. армии, снабжая ее от себя боев. и продовольств. запасами. Хотя Паскевич и был так недоволен всем этим, что называл Г. даже изменником, но Государь иначе оценил эти действия Г. в своем рескрипте, данном 24 фвр. 1855 г. при назначении его главнокомандующим Крым. армией на смену кн. Меншикова: "Севастополь несомненно вам обязан, - писал Государь, - что доселе в состоянии держаться против всех усилий союзников. Если бы не ваше благород. самоотвержение, с которым вы жаловали Крымскую армию и войсками и всеми воен. потребностями, может быть, он был бы уже в руках неприятеля". Г. прибыл в Севастополь 8 мрт. с полной уверенностью, что не далее как через 1½ мес. ему удастся выгнать союзников из Крыма. Он выразил это и в приказе по армии, объявив в нем того же 8 мрт., что "самое трудное время для нас миновало: пути восстановлены, подвозы запасов идут безостановочно и сильные подкрепления, на помощь направленные, сближаются. Принимая начальство над вами, я в полном уповании, что вскоре с Божьей помощью конечный успех увенчает наши усилия". Ему, однако, пришлось вскоре убедиться, что рано или поздно Севастополь придется оставить. Поэтому одним из первых его распоряжений было приказание устроить южн. мост через Сев. бухту, что и было им поручено генералу Бухмейеру. Войска ожидали от Г. очень многого: водворения порядка в управлении армией, которого, по словам кн. Викт. Ил. Васильчикова, "до того времени в Крыму не существовало", и решит. действий. Г. удалось достигнуть в большей или меньшей степени лишь первого, остал. же надежд он не оправдал. Энергичный, тревожно-заботливый о войсках админ-р, он оказался нерешит. военач-ком, склонным к воен. советам и влияниям отдел. лиц. штаба. Так, он не решился исправить ошибку кн. Меншикова и своего брата, командира VI арм. корпуса кн. П. Д. Горчакова, состоявшую в отводе ими войск с лев. бер. р. Черной; когда же под сильн. давлением генерал-адъютанта П. А. Вревского он решился, наконец, после долг. колебаний повести наступление со стороны р. Черной, то в осуществлении его не проявил должной энергии и в результате потерпел в бою 4 авг. серьез. поражение. Официал. причиной неудачи был выставлен генерал Реад, но и рус. и иностр. воен. писатели одинаково обвиняют в нем Г. Так, генерал-адъютант Хрущев в своих записках говорит, что "если бы главнокомандующий действовал решительно и по занятии Телеграф. горы немедленно двинул бы свои войска на Гастфорову гору и, овладев ею, открыл огонь во фланг непр. позиции на Федюхиных высотах, то атака этих высот была бы легка и не стоила бы нам таких потерь". Но прибыв лично на Телеграф. гору, Г. медлил приказанием к атаке Гастфоровой горы. Кн. В. И. Васильчиков объясняет это тем, что Г. и не намеревался серьезно атаковать Федюхины высоты и что тут произошло какое-то недоразумение, вследствие которого Реад и перешел в наступление, стоившее ему жизни, а армии огром. потерь. Франц. воен. писатель Сент-Анж, разбирая дело на Черной р., замечает, что "вместо того, чтобы делать диверсию на наш (союзников) прав. фланг и атаковать решит-но корпусом Липранди д. Чоргун и Гастфорову гору, где были ключ позиции, рус. главнокомандующий, неизвестно почему, ослабил свой лев. фланг, послав, - впрочем, слишком уже поздно, - одну из дивизий (Липранди) для поддержки атаки на центр". Единственно, что проявил в этом бою Г., это - свою личную храбрость. "Солдатская, храбрая, честная душа его, - говорит кн. Васильчиков, - рвалась в огонь, в опасность: ей было совестно пребывать вне боя в столь тяжкую, грозную минуту". Он все время был под сильн. арт. огнем и возле него был уб. гранатой виновник наступления, Вревский. После неудачи на р. Черной Г. перестал уже думать о наступлении и все свое внимание, все свои заботы сосредоточил на обороне города. За отбитие штурма 6 июня он был назначен шефом Брянск. егер. п. Штурм 27 авг. решил судьбу осажд. города. Г. приказал отвести войска на сев. сторону Севастополя. Хотя усилия Г. спасти Севастополь и не увенчались успехом, но заслуги его были оценены след. образом в Выс. рескрипте, данном на его имя Имп. Александром II: "Явив себя в сей тяжкой борьбе превыше враждеб. обстоятельств, вас окружавших, в мужеств. их преодолении, в предусмотрител. сохранении вверенных вам войск, вы, в развалинах твердынь Севастополя, воздвигли памятник несокрушимой славы себе и армии, вам порученной, и в кровав. бою, оставив эти развалины, совершили с армией небывалую в воен. истории переправу через мор. залив, не отдав более ни пяди Рус. земли". В конце 1855 г. Г. был заменен в Крыму генерал-адъютантом Лидерсом, а в янв. 1856 г., по смерти фельдм. кн. Паскевича, был назначен наместником Царства Польского и главнокомандующим вновь сформированной там 1-й армии. В 1861 г. Г. умер. Тело его, согласно завещанию, погребено в Севастополе на Братск. кладбище. Г. принадлежал к числу людей, никогда не отказывавшихся от служеб. назначения, смиренно подчинявшихся обстоят-ствам и готовых для пользы отечества пить чашу до дна, как бы ни был горек напиток, в ней содержащийся. Отличит. чертой его характера было самоотвержение, полнейшее отсутствие эгоизма и всегдаш. готовность, забывая себя, помочь другим. Он пользовался репутацией человека беззаветно храброго, рыцарски честного и благородного. Однако при всех своих прекрасных качествах он совершенно не удовлетворял званию главнокомандующего: не обладая находчивостью, решимостью, смелостью в предначертаниях и выполнении планов воен. операций и будучи по природе человеком доверчивым, он не мог всегда сосредоточивать в себе единство действий. В архиве штаба Варшав. воен. округа хранится переписка Г. с кн. Паскевичем в период с мрт. 1853 г. по 21 авг. 1855 г., из которой видно, что отрицат. черты характера Г. развились, гл. обр., вследствие влияния на него кн. Паскевича, у которого он почти 22 г. был начальником штаба и который обращался с подчиненными деспотически, не терпя возражений, ревниво оберегая свою власть; он-то и поработил себе вполне душу и ум Г., бывшего прекрас. подчиненным и исполнителем чужих приказаний. Г. приписывают, между пр., сочинение в 1853 г. популяр. в свое время воен. и патриот. песни, начинавшейся словами: "Жизни тот один достоин, кто на смерть всегда готов". Для Г. это не было лишь поэтич. метафорой, а отзвуком его души. (А. П. Хрущев. Ист. обороны Севастополя. СПб., 1889; Кн. В. И. Васильчиков. Севастополь, записки. "Рус. Архив", 1891; "Журн. Имп. в.-истор. общ.", 1911, № 4; "Воен. Сб.", 1861, № 6 и 7).

Военная энциклопедия: [В 18 т.] / Под ред. В.Ф. Новицкого и др. - СПб.: Т-во И.Д. Сытина, 1911-1915.



Еще в энциклопедиях


В интернет-магазине DirectMedia