Статистика - Статей: 872588, Изданий: 948

Искать в "Советская историческая энциклопедия..."

Чернышевский Н. Г.





ЧЕРНЫШÉВСКИЙ, Николай Гаврилович [12.VII.1828 –17(29).X.1889] – рус. революц. публицист, философ-материалист и социалист-утопист, лит. критик и писатель, вождь революц.-демократич. движения в России 60–70-х гг. 19 в. Род. в Саратове в семье священника. Учился в Саратовской духовной семинарии. В 1846–50 – студент историко-филологического отделения Петерб. ун-та. В 1851–53 Ч. преподает рус. словесность в саратовской гимназии. В 1853 переезжает в Петербург и начинает сотрудничать в ""Отечественных записках"" и ""Современнике"". Сближается с Н. А. Некрасовым, постепенно занимает в редакции "Современник" руководящее место. В 1855 защищает магистерскую диссертацию "Эстетические отношения искусства к действительности", в к-рой стремится приложить к сфере эстетики принципы материалистич. философии Фейербаха, обосновать принцип "прекрасное есть жизнь".

В первые годы публицистич. деятельности Ч. пытается возродить прерванные николаевской реакцией традиции В. Г. Белинского, вести пропаганду произведений "гоголевского периода" в рус. лит-ре. Ч. писал тогда: "Литература у нас пока сосредоточивает почти всю умственную жизнь народа и потому прямо на ней лежит долг заниматься и такими интересами, которые в других странах перешли уже, так сказать, в специальное заведывание других направлений умственной деятельности" (Полн. собр. соч., т. 3, 1947, с. 303). В 1857 Ч. дает в ст. "Лессинг" развернутую критику абсолютизма, показывая, что эта система, знающая "...только фискальные и полицейские средства...", несмотря на внешнее всесилие, "...крайне недостаточна для упрочения народного благосостояния", и доказывая, что "прочно то благо, которое не зависит от случайно являющихся личностей, а основывается на самостоятельных учреждениях и самостоятельной деятельности нации" (там же, т. 4, 1948, с. 37, 38).

В условиях подготовки крест. реформы Ч., пользуясь возможностью расширить легальную деятельность, усиливает революц.-просветит. характер своих работ. Оставив лит.-критич. отдел "Современника" в руках Н. А. Добролюбова, он переходит к освещению актуальных политич. и экономич. вопросов. Осн. задача его статей и обзоров 1858–62 – ознакомление рус. читателя с ист. опытом Зап. Европы. Той же цели служит организация "Исторической библиотеки" при "Современнике". Ч. начинает ее с перевода на рус. яз. восьмитомной "Истории XVIII столетия" Ф. К. Шлоссера; особую важность имел пятый том – детальная картина Великой франц. революции (см. свидетельство H. A. Добролюбова, в кн.: Собр. соч., т. 9, 1964, с. 371). В 1860 в "Современнике" публикуются также в переводе Ч. с его комментариями и политэкономич. сочинения Mилля.

Ч. непосредственно участвует в борьбе вокруг крест. реформы, проявляя максимум гибкости в тактике. В 1857 – 58 он продолжает линию на создание широкого антикрепостнич. фронта, выявляет перед общественностью подлинные намерения пр-ва (публикация в "Современнике" либерального проекта реформы К. Д. Кавелина, вызвавшая репрессии со стороны Александра II, и т. п.). Под предлогом рассуждений о грядущих судьбах рус. общины Ч. ведет пропаганду социалистич. идей. По мере выявления грабительского характера подготовляемой реформы в статьях Ч. все сильнее начинают звучать разоблачительные, антиабсолютистские ноты, крестьянскую реформу 1861 "Современник" встречает молчанием. Критика Ч. самодержавно-бюрократич. системы была выражена в "Письмах без адреса" (запрещены цензурой, напечатаны за рубежом в 1874).

С 1859, по мере выявления реальных границ правительственного "реформаторства", Ч. начинает готовить читателя к мысли о возможности крест. возмущения, пропагандировать идею необходимости руководства революцией (особенно в ст. "Не начало ли перемены?", 1861). Пропаганда "Современником" революц. идеи, использование формы разбора художественных произведений для этой цели вызвали в 1860 раскол в редакции "Современника". С нач. 1859 выявляются расхождения и с "Колоколом" А. И. Герцена, пока еще делавшим главную ставку на либеральный вариант преобразований. В связи с нападками "Колокола" на "Современник" Ч. в 1859 совершил поездку в Лондон, где встречается с А. И. Герценом.

Революц.-публицистич. деятельность Ч. идейно подготовила создание ""Земли и воли"". 1860-х гг. Пропагандируя революционные идеи, Ч. систематически фиксирует внимание своих соратников на трудностях революц. процесса.

В 1862 за недоказанную следствием причастность к написанию прокламации "Барским крестьянам от их доброжелателей поклон" Ч. был арестован и заточен в Петропавловскую крепость, где написал роман "Что делать?", в к-ром поставил проблему раскрепощения женщины, а главное – провел идею необходимости организации революционеров, создал замечат. образ революционера-профессионала. В крепости Ч. продолжает перевод начатого в 1860 издания "Всемирной истории" Шлоссера (XV–XVII тома – рассказ об Англ. и Франц. революциях). После унизит. процедуры гражд. казни в 1864 ссылается на Александровский завод в Сибирь на каторжные работы. По истечении семилетнего срока Ч. был отправлен, уже без каких-либо "законных оснований", в еще более глухое место Сибири – Вилюйск. Переведен "на жительство" в Астрахань под наблюдение полиции в 1883, затем в 1889, за неск. месяцев до смерти, – в Саратов. Из огромного кол-ва книг, написанных в ссылке, до нас дошел только "Пролог" – осмысление уроков 1861. После возвращения в Европ. Россию Ч. активного участия в политич. жизни не принимал: издает материалы для биографии Добролюбова, переводит "Всеобщую историю" Вебера.

За период семилетней легальной деятельности (1855–62) Ч. стал воспитателем и вождем многих поколений революционеров.

Социально-исторические взгля- ды Ч. Направленность и характер теоретич. поисков Ч. во многом определили европ. революции 1848, приведшие к краху бурж. радикализма и "надклассового" социализма, а также эпоха реформы 1861, позволившая еще раз, на рус. материале, поставить проблему "реформа сверху" или "революция снизу". Эти события всемирно-ист. значения наложили на мировоззрение Ч. печать пессимизма и скептицизма, к-рый, как и скептицизм Герцена, был формой перехода к созданию научной теории революц. борьбы. Уже в ранних работах, опираясь на работы Гегеля и историков времен реставрации (Шлоссера и др.), Ч. обращается к разработке идеи прогресса, как естественно-ист. закономерного процесса, пытается нащупать главные его основы. Ч. писал: "Так называемая политическая история, то есть рассказ о войнах и других громких событиях, до сих пор преобладает в рассказе историков, между тем как на деле она имеет для жизни рода человеческого только второстепенную важность... О материальных условиях быта, играющих едва ли не первую роль в жизни, составляющих коренную причину почти всех явлений и в других, высших сферах жизни, едва упоминается..." (Полн. собр. соч., т. 3, 1947, с. 356, 357). Объяснение истории с позиций революц. демократизма было у Ч. средством обоснования необходимости нар. революции в России и выражением его социалистич. убеждений. Ист. концепция Ч. была продолжением и развитием традиций революц. ист. мысли в России. Он расширил предмет ист. науки, уделив внимание не только политич., но также и социальной истории, истории общественной мысли и культуры, поднялся до понимания классовой сущности ист. теорий, до признания партийной направленности ист. науки. Ч. признавал объективный характер закономерностей ист. процесса, его прогрессивно-поступат. развитие в результате борьбы нового и старого, прогресса и реакции. Но в понимании истории Ч. проявлял черты натурализма и антропологизма, преувеличивал роль просвещения, идей в ист. прогрессе. Однако у Ч. все более определенно проявлялись материалистич. тенденции в объяснении истории, достигшие бóльшей зрелости, чем у Белинского и Герцена. Он признавал роль экономич. фактора в истории – материальных потребностей людей, значения их трудовой деятельности, отмечал экономич. и политич. неравенство в обществе, порождающее классовые противоречия и революц. борьбу угнетенных за свое освобождение. В противоположность дворянским и бурж. ученым, крайне преувеличившим роль гос-ва р истории, Ч. рассматривал в качестве творческой и решающей силы ист. прогресса деятельность нар. масс, что являлось коренной основой его ист. концепции. Применяя диалектич. метод к анализу ист. явлений, Ч. осветил широкий круг проблем мировой и отечественной истории. В центре его внимания находились переломные и революц. периоды в истории человечества, когда отчетливо обнаруживалась активная роль нар. масс. Наибольшее внимание Ч. уделил новой истории Зап. Европы, в особенности истории Франции. В серии статей, печатавшихся в "Современнике" ("Тюрго", "Франция при Людовике XVIII и Карле X", "Кавеньяк", "Франция при Людовике-Наполеоне", "Июльская монархия"), получили развернутую характеристику революц. события кон. 18 в., революции 1830 и 1848 во Франции. Ч. дал оценки чартистскому движению в Англии, борьбе итал. народа за нац. независимость, гражд. войне в Америке. Он стремился показать ведущую роль нар. масс, подчеркнуть значение наиболее радикальных течений и партий, разоблачал предательство интересов трудящихся со стороны либералов. Выводы Ч. имели прямое отношение к России его времени, в нек-рых из них он приближался к выводам К. Маркса.

Ч. широко осветил в своих работах отечественную историю. Он был хорошо знаком с рус. историографией, дал содержательную оценку воззрений дворянских и бурж. историков, начиная с В. Н. "Татищева". Особенно важны рецензии Ч. на труды С. М. "Соловьева", Б. Н. "Чичерина", Н. И. "Костомарова". Положительно оценивая разработку ими проблем рус. истории в смысле расширения ее фактич. основы и нек-рых выводов, касающихся отд. процессов и событий, Ч. подвергал острой и глубокой критике концепции современных ему историков, игнорировавших или искажавших роль нар. масс в истории. Ч. дал самостоятельное и оригинальное решение мн. важным проблемам истории России и современности. Исходным этапом ист. развития славян, как и др. народов, Ч. считал первобытнообщинный строй с соответствующим ему народовластием. Распад общинных отношений в результате утверждения частной собственности на землю и выделение знати привели к созданию гос. орг-ции, угнетающей нар. массы. Ч. выступал решительным противником "норманской теории". Он впервые среди рус. революционеров-демократов признал наличие феод. отношений в Др. Руси и отметил социальную неоднородность ее населения. Ч. более последовательно, чем Белинский и Герцен, подчеркивал единство закономерностей рус. и западноевропейского ист. процесса до нач. 18 в., более глубоко и основательно раскрывал решающую роль нар. масс в истории России – в их борьбе за преодоление удельного дробления и создание единого рус. гос-ва. Он высоко ценил самоотверженную борьбу рус. народа за нац. независимость против монголо-татарских, польско-шведских и франц. завоевателей. Ч. проследил развитие крепостнич. отношений в России, к-рые утверждались, по его мнению, задолго до Бориса Годунова усилиями самодержавного гос-ва и помещиков. Важное значение Ч. придавал нар. восстаниям против бояр и помещиков, однако цензурные препятствия исключали для него возможность их широкого освещения. Но в своих подцензурных произведениях, в частности в прокламации "Барским крестьянам", Ч. отмечал стихийность антикрепостнич. движений, царистские иллюзии восставших, призывал преодолеть их для успеха нар. революции в России. Ч. признавал прогрессивный характер реформ Петра I, но ему была чужда их идеализация, в той или иной мере свойственная Белинскому и Герцену. Ч. подчеркивал тяжесть этих реформ для нар. масс и укрепление ими самодержавно-крепостнич. строя. Умело связывая анализ прошлого с разрешением задач современности, Ч. проследил в своих статьях загнивание феод.-крепостнич. системы, упадок крест. х-ва, разложение дворянства, нарастание борьбы нар. масс против крепостничества, развитие на этой основе освободит. движения, передовой общественной мысли и культуры. Особое внимание уделил Ч. анализу "Крестьянской реформы 1861", ее причин, характера и результатов. В этом отношении особенно важны его "Письма без адреса" (1862), высоко оцененные К. Марксом и В. И. Лениным. Ч. раскрыл крепостнич. Характер этой реформы и сумел понять ее бурж. содержание. Но в целом Ч. не удалось преодолеть идеализма во взглядах на историю, иллюзий о роли общинного землевладения в достижении социализма в России в современных ему условиях. Он не смог понять всемирно-ист. роли пролетариата. Однако последовательные демократизм и революц. целеустремленность в изучении истории вплотную приблизили Ч. к научному, материалистич. пониманию истории. Соч.: Полн. собр. соч., т. 1 – 16, М., 1939–53; Избр. Философ. соч., т. 1–3, М.–Л., 1950–51; Эстетика, М., 1958.

Лит.: Маркс К., Энгельс Ф., Об искусстве, т. 1–2, М., 1967; Ленин В. И., О литературе и искусстве, 4 изд., М., 1969; Н. Г. Чернышевский. Ст., исследования, мат-лы, т. 1–6, [Саратов], 1958–71; Чернышевский в воспоминаниях современников, т. 1–2, [Саратов], 1958–59; Дело Чернышевского. Сб. док-тов, Саратов, 1968; Процесс Н. Г. Чернышевского, Саратов, 1939; Литературное наследство, т. 67, М., 1959; Πлеханов Г. В., Н. Г. Чернышевский, СПБ, 1910; Стеклов Ю. M., H. Г. Чернышевский. Его жизнь и деятельность, т. 1–2, М.–Л., 1928; Скафтымов А. П., Жизнь и деятельность Н. Г. Чернышевского, 2 изд., Саратов, 1947; Рюриков С. Г., Н. Г. Чернышевский, М., 1961; Богословский Н. В., Н. Г. Чернышевский, 1828 – 1889, 2 изд., М., 1957; Шульгин В. Н., Очерки жизни и творчества Н. Г. Чернышевского, М., 1956; Козьмин Б. П., Поездка Н. Г. Чернышевского в Лондон в 1859 г. и его переговоры с А. И. Герценом, в его кн.: Лит-ра и история, М., 1969; его же, Н. Г. Чернышевский и М. Л. Михайлов, там же; Коротков Ю., Господин, который был в субботу в Фулеме, "Прометей", в. 8, М., 1971; Лебедев Α. Α., Герои Чернышевского, М., 1962; Замятин В. Н., Экономические взгляды Н. Г. Чернышевского, М., 1951; Зевин В. Я., Политические взгляды и политическая программа Н. Г. Чернышевского, М., 1953; Азнауров Α. Α., Этическое учение Н. Г. Чернышевского, М., 1960; Белик А. П., Эстетика Чернышевского, М., 1961; Πантин И К., Материалистическое мировоззрение и теория познания рус. революционных демократов, М., 1961; Водолазов Г. Г., От Чернышевского к Плеханову (Об особенностях развития социалистич. мысли в России), М., 1969; Луначарский А. В., Статьи о Чернышевском, М., 1958; Левин Ш. М., К вопросу об историч. особенностях рус. утопич. социализма, "ИЗ", М., 1948, № 26; Πлимак Е. Г., К характеристике некоторых закономерностей движения бурж. революций, в кн.: Принцип историзма в познании социальных явлений, М., 1972; Очерки истории историч. науки в СССР, ч. 2, М., 1960, гл. 1, с. 7–66; Иллерицкий В. Е., История России в освещении революционеров-демократов, М., 1963; Историография нового времени стран Европы и Америки, М., 1967, ч. 3, гл. 9, с. 337–44; Чернышевская Н. Μ., Летопись жизни и деятельности Н. Г. Чернышевского. 1828–1889, М., 1953; Чернышевский М. Н., О Чернышевском. Библ. 1854–1910, 2 изд., СПБ, 1911; Соколова Л. С., Н. Г. Чернышевский. Указатель лит-ры к 120-летию со дня рождения, Φр., 1948; Н. Г. Чернышевский. Рекоменд. указатель лит-ры, М., 1953.

Е. Г. Плимак, В. Е. Иллерицкий. Москва.



Еще в энциклопедиях


В интернет-магазине DirectMedia