Статистика - Статей: 872588, Изданий: 948

Искать в "Советская историческая энциклопедия..."

Бронзовый век





БРÓНЗОВЫЙ ВЕК – культурно-ист. период, характеризующийся распространением выделки орудий, оружия, украшений и утвари из бронзы. Приблизит. хронологич. рамки Б. в.: кон. 3-го – нач. 1-го тыс. до н. э., причем в различных р-нах земного шара, в силу особенностей и неравномерности ист. развития, Б. в. возникал и развивался разновременно. Бронза, сплав меди с примесью др. металлов, гл. обр. олова, отличается от меди легкоплавкостью (700–900?), более высокими литейными качествами и значительно большей прочностью, что и обусловило ее широкое распространение. Б. в. предшествовал медный век (иначе халколит или "энеолит"), когда наряду с каменными применялись изделия из меди, кованые и литые. Уже в эпоху энеолита, охватывающую 4-е и 3-е тыс. до н. э., в таких странах, как Индия, Месопотамия и Египет, возникли первые ранние рабовладельч. гос-ва. В Б. в. они достигли наивысшего развития.

Древнейшие бронз. орудия найдены в Юж. Иране и Месопотамии и относятся к 24–23 вв. до н. э. В Египте бронз. индустрия распространилась к нач. 2-го тыс. до н. э., но в более южные р-ны Африки проникла позднее. В Индии древние бронз. орудия относятся к нач. 2-го тыс. до н. э. В Китае бронза широко стала применяться в эпоху Инь (с 18 в. до н. э.). В Америке Б. в. имел самостоят. историю: возник гораздо позднее (в 1-м тыс. н. э.) и закончился с прибытием европейцев. В Центр. и Юж. Америке в Б. в. существовали рабовладельч. гос-ва.

Рубеж 3-го и 2-го тыс. до н. э. был временем широкого распространения бронз. индустрии в М. Азии, Сирии и Палестине, на Кипре и Крите, где в это время также возникли рабовладельч. государства. Во 2-й пол. 2-го тыс. рабовладельч. гос-ва сложились в ряде областей Греции. В то же время рабовладельч. строй укрепился в Индии и Китае. В остальных частях Старого Света в Б. в. происходили крупнейшие изменения в строе первобытных общин, к-рые переходили от матриархальных отношений к патриархальным с развитием домашнего рабства. В значит. части стран с "первобытнообщинным строем" в Б. в. сложились союзы племен, из к-рых многие достигли высшей формы политич. организации первобытного общества, характеризуемой Ф. Энгельсом и В. И. Лениным как строй "военной демократии". Важной особенностью Б. в. является то обстоятельство, что бронз. индустрия нигде целиком не вытеснила камень, из к-рого продолжали выделывать резцы, стрелы, зубья для серпов, плоские и сверленые топоры и мн. др. Поэтому и в Б. в. во мн. р-нах на С. Европы, в Азии и Африке, удаленных от передовых центров, сохранялся старый неолитич. уклад жизни, архаич. порядки матриарх. первобытных общин охотников-рыболовов (см. "Неолит"), но и к ним проникали металлич. орудия и оружие, в известной мере изменявшие их жизнь.

Изменения и различия в обществ. строе и культуре племен и гос-в Б. в. были обусловлены разносторонним развитием производит. сил – металлургии, с. х-ва (с введением пашенного земледелия и пастуш. скотоводства), ремесел и промыслов, – в разных ист. условиях дававших разные социально-политич. результаты, но повсюду вызвавших гораздо более быстрое поступат. движение по сравнению с предшеств. временем. Большую роль в ускорении темпа хоз. и обществ. развития отд. областей сыграло в Б. в. установление меновых связей, особенно между р-нами месторождений металлов, соли, добычи редких пород камня и древесины, минеральных и органич. красителей, косметич. веществ, жемчуга и т. п. Для Ср. Европы и Скандинавии таким ускорителем развития культуры явился т. н. "янтарный путь", по к-рому из Прибалтики вывозился на Ю. янтарь, а на С. проникали оружие, украшения и т. д. из более развитых центров Балкан и Подунавья; на Брит. о-вах сыграл свою роль вывоз олова. Благодаря развитию меновых связей усовершенствования в области техники и воен. дела стали передаваться особенно быстро. Изучение развития меновых связей в Б. в. имеет для археол. исследований и важное прикладное значение: по распространению тех или иных вещей, выделывавшихся в странах с хронологией, зафиксированной письменностью, с большей точностью, чем для предшеств. эпох, датируются археол. памятники стран, даже весьма удаленных от передовых центров древней культуры. В этом отношении для Переднего и Ср. Востока приобрели большое значение хронологии культурно-ист. развития Месопотамии, Ирана и Индии. Мн. археол. памятники и целые периоды в истории Кавказа, Ср. Азии, а через них и более сев. областей СССР определяются по связям с этими центрами, отраженным в археол. находках. Для Вост. и Центр. Азии, Сибири и Д. Востока не меньшее значение имеет хронология культурно-ист. развития Др. Китая. Для всей Европы важнейшим хронологич. определителем являются результаты раскопок на о. Крите, особенно в "Кноссе" и "Фесте", хорошо датируемые привозными вещами из Египта, Малой Азии и Сирии, а также исследования в древней "Трое", раскопки в "Микенах", "Тиринфе" и в "Пилосе". В результате всех этих исследований создана крито-микенская (см. "Эгейская культура") хронологич. периодизация Б. в. Южной Европы со следующими делениями древнеминойский (энеолитич.) период (4–3-е тыс. до н. э.), среднеминойский (2200 – 1550 до н. э.), позднеминойский (1550–1150 до н. э.). Эта периодизация легла также в основу хронологии Сев. Греции. Различаясь в деталях, хронологич. системы, предлож. разными авторами, сходятся на том, что Б. в. Европы в осн. падает на 2-е тыс. до н. э. Эти определения подверглись проверке физич. методами по изотопам С14. Ее результаты подтверждают отнесение наиболее ранних памятников Европы, содержащих бронз. изделия, к кон. 3-го и нач. 2-го тыс. до н. э. В пределах этого периода страны Европы пережили разные ступени культурно-ист. развития. Б. в. на Крите – время становления и развития рабовладельч. гос-в, более сходных с др.-восточными, чем с античными. Они уже обладали письменностью – иероглифической и т. н. системы А, до сих пор не расшифрованной. В материковой Греции этот же процесс начался в 18–17 вв. Он достиг особенно высокого развития во 2-й пол. 2-го тыс. до н. э., когда здесь усилились гос-ва, обладавшие письменностью т. н. системы Б., в к-рой видят древнейшее греч. письмо "ахейцев".

В странах Дунайского басс. в Б. в. завершался переход к патриарх.-родовому строю. Археол. культуры представляют здесь в значит. мере продолжение местных энеолитич. культур, все они в осн. земледельческие. В Болгарии наиболее характерной для Б. в. является культура "Караново" IV–V.

В Венгрии известно неск. археол. культур, памятники к-рых, по-видимому, отмечают возникновение и развитие союзов племен. Наиболее древним может считаться союз племен Б. в. печельской, или "баденской культуры", памятники которой относятся к 3-му тыс. до н. э. и занимают обширнейшую терр. от Юга Германии до Закарпатья и Трансильвании. Оставлены они земледельч. населением, уже обладавшим тележным транспортом. Печельские племена, как и позднейшие племена культуры Пушты, имели связи с населением степей Вост. Европы. В нач. 2-го тыс. до н. э. на терр. Юж. Германии, Польши и Чехословакии распространяется т. н. "унетицкая культура", отличающаяся высоким уровнем литья бронзовых изделий. Во 2-й пол. 2-го тыс. до н. э. возникает "лужицкая культура", памятники которой в неск. локальных вариантах занимают еще более обширную терр., чем унетицкие, достигая на С. Бранденбурга, на З. Франкфурта-на-Майне, на В. распространяясь на значит. части Польши, в Закарпатье и Трансильвании. Эта культура в большинстве р-нов характеризуется особым видом кладбищ (см. "Полей погребальных урн культура"), содержащих сожженные останки покойников. Принадлежит она земледельч. населению, об этнич. составе к-рого среди специалистов нет единого мнения. В Румынии культурами Б. в. являются т. н. культура Монтеору и позднее культура "ноа". В Ср. и Сев. Германии и Юж. Скандинавии в кон. 3-го и в 1-й пол. 2-го тыс. распространены в неск. локальных вариантах близкие друг к другу культуры кубков, украшенных, особенно на поздней ступени, шнуровым орнаментом. Интереснейшее явление в истории Европы нач. 2-го тыс. до н. э. представляет распространение от Испании до Польши, Закарпатья и Венгрии памятников культуры колоколовидных кубков (см. "Колоколовидных кубков культура"). Население, оставившее эти памятники, продвигалось с З. на В. среди местных племен. Полагают, что это были металлурги-бронзолитейщики, разносившие вплоть до Британии, Италии, Повисленья и Подунавья свои изделия и выплавлявшие высококачеств. металл. В Б. в. Италии следует отметить памятники типа ремеделло, близкие к унетицким, но по времени предшествующие им. С сер. 2-го тыс. до н. э. в Сев. Италии распространяются, возможно под влиянием швейц. озерных свайных поселений, т. н. "террамары" – поселения на сваях, строившиеся не над озером, а на сырых заливных участках речных долин (особенно р. По). При раскопках как "свайных построек", так и террамар обнаруживают большое количество орудий труда, утварь (в т. ч. из нестойких материалов – кость, дерево, ткани), зерна и семена. В кон. 3-го тыс. до н. э. (а по С14 во 2-й его половине) в прирейнских областях Германии, на верховьях Дуная и в Вост. Франции возникает т. н. "михельсбергская культура", или культура шассей. Ее отличают мощные и чрезвычайно обширные укрепления – рвы, валы, а во Франции и кам. стены, свидетельствующие о складывании новых социальных отношений, к-рые давали возможность осуществлять значит. кооперацию рабочей силы. Б. в. на терр. Франции в большинстве мест характеризуют поселения земледельцев, оставивших огромное число курганов со сложными погребальными сооружениями, часто мегалитич. типа (см. "Мегалитические культуры"). На С. Франции, как и по побережью Северного м., продолжали строить мегалитич. сооружения – "дольмены", "менгиры", "кромлехи". Особенно знаменит относящийся к 18 в. до н. э. кромлех – храм солнца в "Стонхендже" в Англии. В Б. в. в этой стране достигло высокого развития мастерство бронзолитейщиков, располагавших местными запасами олова. То же можно сказать и об Испании, на Ю. к-рой еще на рубеже 3-го и 2-го тыс. до н. э. возникла своеобразная "эль-аргарская культура". Позднее, во 2-й пол. 2-го тыс. до н. э., на Ю. Испании культурное развитие, гл. обр. в металлургич. центрах, достигло особенно высокого уровня, выразившегося, в частности, в возникновении многолюдных, хорошо укрепленных поселений, состоящих из кам. домов, построенных на мощеных улицах. Эти поселки близки к др.-минойским на Крите и в Греции, однако в Испании развитие на их основе городов относится уже к раннему жел. веку, т. е. к рубежу 2–1-го тыс. до н. э.

Относительно высокое развитие производит. сил в Б. в. Европы привело к накоплению внутриобщинных богатств. В 1-й пол. 2-го тыс. до н. э., помимо увеличения продовольств. ресурсов и прежде всего скота, это выразилось в широком появлении кладов продукции общинных бронзолитейщиков. 2-ю пол. 2-го тыс. до н. э. по всей Европе характеризуют клады драгоценностей – высококачеств. золотых украшений, принадлежавших племенной знати.

Бронзовый век на территории СССР. Уже в энеолитич. эпоху население мн. областей терр. СССР обладало высокоразвитой для того времени культурой и было тесно связано с современными ему передовыми центрами Европы и Азии. Так, племена "трипольской культуры" были близки к племенам Подунавья, Балкан и М. Азии. Энеолитич. племена Закавказья и Сев. Кавказа тесно соприкасались с населением передовых центров Месопотамии и Анатолии, а племена юж. р-нов Ср. Азии – с культурными центрами Месопотамии, Ирана, Афганистана и Пакистана. Племена Юж. Сибири и Забайкалья имели культурные связи с Др. Китаем (см. "Афанасьевская культура", "Глазковская культура" и "Китойская культура"). Все это в значит. мере определило особенности развития культур Б. в. на терр. СССР. Особое значение имел Кавказ, служивший соединит. звеном между степными р-нами терр. СССР и центрами культуры Др. Востока. Насколько тесны были эти связи, показывают памятники "майкопской культуры". Широко распространенная по Сев. Кавказу от Черного м. до р-на г. Грозного, эта культура местных оседлоземледельч. племен характеризуется наличием богатейших курганных погребений племенной знати, содержащих орудия труда, оружие, ювелирные украшения и серебряную посуду, с рисунками, совершенно аналогичными др.-месопотамским 24–22 вв. до н. э. При раскопках курганов в "Триалети" (Грузия) были обнаружены погребения 20–19 вв. до н. э., также содержавшие богатейшие ювелирные изделия, исполненные в традициях иск-ва Др. Месопотамии и Анатолии. Так же, как и майкопские, триалетские сокровища свидетельствуют о высоком уровне развития обществ. отношений и культуры на Кавказе в 3–2-м тыс. до н. э. Исследования курганов и могильников в Закавказье, относящихся к середине и 2-й пол. 2-го тыс. до н. э., показали, что эта область была в то время центром высокоразвитой местной металлургии бронзы, весьма сходной по формам изделий и качеству металла с бронзолитейными центрами "хеттов", "Урарту", Луристана и "Ассирии". Прослеживаются также культурные связи Кавказа с Балканами и Подунавьем, осуществлявшиеся, по-видимому, морским путем вдоль берегов Черного м.

На Сев. Кавказе в 1-й пол. 2-го тыс. до н. э. на основе майкопской культуры возникает несколько локальных культур. Более зап. области отличают памятники т. н. "северокавказской культуры"; в более восточных – в Пятигорье, Кабарде и районе Грозного – возникают своеобразные формы, более всего близкие к "катакомбной культуре" юж.-рус. степей. Не исключена возможность того, что катакомбная культура в целом и особенно ее металлургия развились в тесной связи с культурами Кавказа. В более позднее время на Сев. Кавказе заметно влияние "срубной культуры". В горных же областях во 2-й пол. 2-го тыс. до н. э. складываются родственные друг другу "колхидская культура", севанская, "ходжалы-кедабекская культура" (см.также "Мингечаур"), "кобанская культура" и др. Все эти культуры отличает высокий уровень металлургии и керамики. Их сходство, а вместе с тем и их различие, вероятно, отражают как древнее родство, так и дифференциацию кавк. племен. Более сев. р-ны степей и лесостепей в Б. в. были заселены племенами, также в большинстве мест достигшими уровня патриарх. отношений. Возникнув в тесной зависимости от Кавказа и первоначально концентрируясь в степях Вост. Предкавказья и на Маныче, племена катакомбной культуры в нач. 2-го тыс. до н. э. широко расселились в степной зоне, достигнув Саратовского Поволжья, Воронежа, излучины Днепра, р-на Одессы и Крыма. Памятники катакомбной культуры обнаруживаются и в Заволжье. Предшествующая катакомбной в степях Ниж. Поволжья и Поднепровья энеолитич. "ямная культура" отмечена первым знакомством ее племен с применением колесной телеги и тяглового скота. Уровень жизни племен катакомбной культуры был еще выше – они знали развитое пастуш. скотоводство, посевы проса, бронзолитейное дело и мастерски украшали посуду отпечатками шнура и шерстяной тесьмы. Полагают, что проникновение на Волгу катакомбных племен и их смешение с местным населением обусловило около нач. 18 в. до н. э. сложение срубной культуры. Хорошо вооруженные бронз. "вислообушными" топорами, копьями и кинжалами, зная уже верхового коня, племена срубной культуры быстро заселили степи и проникли далеко на С. до Мурома, Пензы, Ульяновска, Бугуруслана, а на В. – до р. Урала. В сер. 2-го тыс. до н. э. эти племена в совершенстве овладели земледелием и бронзолитейным делом. Как и в Зап. Европе, от этого времени в степях Юга Европ. части СССР сохранились богатейшие клады мастеров-литейщиков в виде бронз. изделий, полуфабрикатов и литейных форм, а также клады изделий из драгоценных металлов, принадлежавших племенной знати. Население срубной культуры к З. от Волги в 7–6 вв. до н. э. было подчинено "скифами" и слилось с ними.

На ср. Днепре в кон. 3-го тыс. до н. э. сложилась "среднеднепровская культура". Ее 2-я, т. н. гатнинская, ступень падает на 1-ю пол. 2-го тыс. до н. э. Развитие этой культуры проходит под влиянием позднетрипольской и катакомбной культур, с одной стороны, а с другой – в ней прослеживаются черты сходства с унетицкими формами Запада. В более зап. районах Правобережной Украины, напр. в Ровенской обл., обнаружены погребения со шнуровой керамикой, сходные с распространенными в этой части Украины в конце 3-го тыс. до н. э. мегалитич. памятниками позднего энеолита. С 17–16 вв. до н. э. в Зап. Украине, на Подолье, а также в Южной Белоруссии распространяются памятники "комаровской культуры". В более юж. районах она отличается близостью к нижнедунайским культурам Б. в., оставленным др.-фракийским населением, в сев. же районах включает в себя ряд особенностей т. н. "тшинецкой культуры" Польши. Смешанные комаровско-тшинецкие памятники получают распространение в укр.-белорус. пограничье на очень большом пространстве, заходя и на В. от Днепра. В Белоруссии в это время бытуют памятники днепро-деснинского варианта среднеднепровской культуры. В Прибалтике найдены могильники с сосудами, украшенными подобием шнуровой орнаментации, и большое число бронз. изделий, гл. обр. 2-й пол. 2-го тыс. до н. э. Они имеют сходство с памятниками Калининградской обл. Волго-окское междуречье и Вятское Заволжье во 2-м тыс. до н. э. занимали охотничье-рыболовческие племена позднего неолита, среди к-рых расселились племена "фатьяновской культуры", занимавшиеся скотоводством и изготовлявшие высококачеств. шаровидную глиняную посуду, кам. сверленые топоры-молотки и бронз. вислообушные топоры. Родств. группы фатьяновских племен, расселенные на терр., соответствующей совр. Московской, Ивановской, Ярославской обл. и Чувашской АССР, возможно, разного происхождения. Памятники моск. группы имеют черты сходства с днепро-деснинскими памятниками, а чувашские – с памятниками степного Юга и даже Кавказа. На более поздней ступени Б. в. в области Волго-Окского междуречья и по Каме известны бронз. копья, кельты и кинжалы т. н. сейминского, или турбинского, типа (см. "Сейминская культура", "Турбинский могильник"). Они получили широчайшее распространение. Оружие сейминских типов найдено в "Бородинском (Бессарабском) кладе" 15–14 вв. до н. э. в Молдавии, на Урале, на Иссык-Куле, на Енисее, в Прибайкалье. Богатейшая мастерская сейминских бронз найдена около с. Самусь близ Томска. Несомненно влияние сейминских форм кельтов, копий и ножей на китайские эпохи Инь (14–11 вв. до н. э.). В Чувашии, Заволжье, южнее Камы и в Башкирии находятся курганные могильники и стоянки "абашевской культуры", распространяющиеся во 2-й пол. 2-го тыс. до н. э. и отличающиеся известным сходством со срубной культурой Поволжья. В степях Зап. Сибири, Казахстана, Алтая и ср. Енисея с 17 в. до н. э. распространяется "андроновская культура", принадлежавшая земледельч.-скотоводч. племенам, безусловно родственным племенам срубной культуры из юж.-русских степей. Андроновская культура послужила основой формирования савроматских племен, принадлежавших к сев.-иран. языковой группе.

В Ср. Азии в начале Б. в. продолжали свое развитие местные земледельч. культуры, возникшие еще в энеолите, на Ю. – это культуры типа "Анау", на С. – "кельтеминарская культура". Обнаруживаются их связи с культурами степей. Позднее, в эпоху "тазабагъябской культуры" Хорезма, начинает сказываться сильное влияние степных племен, что нашло выражение в проникновении андроновской культуры в юж. пределы Ср. Азии, Памира и Тянь-Шаня. На юж. окраине Туркмении и Таджикистана встречаются поселения, погребения и большое число рассеянных находок, гл. обр. керамики андроновско-тазабагъябского типа. Эти же находки зарегистрированы в значит. числе мест в Юго-Вост. Иране и Пакистане, что указывает на продвижение индоевроп. населения к Инду. Возможно, что это движение имеет прямое отношение к вопросу о распространении племен "ариев".

В кон. 2-го тыс. до н. э. в Туркмении и Фергане продолжает бытовать расписная керамика, украшенная темными геометрич. узорами по красному фону, типа найденной на земледельч. "Чустском поселении" и "Дальверзинском поселении". Аналогич. керамика встречается в это время в Синьцзяне и у оз. Лобнор.

В последней четв. 2-го тыс. до н. э. в Юж. Сибири, Забайкалье, на Алтае и в известной мере в Казахстане распространяются типы бронз. орудий и оружия, к-рые особенно характерны для "карасукской культуры" Алтая и Енисея и гробничной культуры Забайкалья. Они связаны с культурами Монголии, Сев. и Центр. Китая эпохи Инь и Чжоу (14–8 вв. до н. э.). Их связь подтверждает и принадлежность большинства карасукских людей к сев.-кит. антропологич. типу. В Сибири карасукские формы в 8–7 вв. до н. э. сменяют новые скифосибирские культуры типа майэмирской, тагарской и плиточных могил (см. "Тагарская культура", "Плиточных могил культура"). С этого времени повсеместно на терр. СССР распространяется выделка железа, до этого с кон. 2-го тыс. до н. э. применявшаяся лишь в более южных р-нах страны.

Б. в. как особая ступень в истории культуры выделялся еще в антич. время "Лукрецием Каром". В археол. науку Б. в. был введен в 1-й пол. 19 в. дат. учеными К. Ю. "Томсеном" и Е. "Ворсо". Значит. вклад в изучение Б. в. сделал швед. археолог О. "Монтелиус", к-рый, пользуясь созданным им т. н. "типологическим методом", классифицировал и датировал археол. памятники неолита и Б. в. Европы. Франц. ученый Ж. "Дешелет" создал типологич. периодизацию памятников кам., бронз. и жел. веков Франции и Центр. Европы. Англ. ученый А. "Эванс" предложил периодизацию минойской цивилизации; вплоть до недавнего времени эта периодизация лежала в основе большинства хронологич. определений археол. памятников всей Европы. Ученики Монтелиуса (Н. Оберг и др.) усугубили ошибку, содержавшуюся в зародыше в его концепции, и изменения археол. памятников стали объяснять законами развития, будто бы определяющими не только эволюцию животных организмов, но и изменение форм вещей. При этом совершенно игнорировалось, что все археол. памятники являются созданием не природы, а человеч. труда и поэтому их развитие должно объясняться прежде всего не законами природы, а законами развития человеч. общества. В то же время в ряде стран возникло стремление к комплексному изучению археол. памятников, как более отвечающему задачам ист. исследования. Стали выделяться т. н. археол. культуры. Это направление получило широкое развитие и в рус. археол. науке. В. А. "Городцов" и А. А. "Спицын" определили важнейшие культуры Б. в. Вост. Европы. После победы Октябрьской революции сов. археологи определили большое число культур Б. в.: на Кавказе (Б. И. Крупнов, Б. А. "Куфтин", А. А. Иессен, Б. Б. "Пиотровский", Г. К. Ниорадзе и др.), на Волге (П. С. Рыков, И. В. Синицын, О. А. Гракова и др.), на Урале (О. Н. Бадер, А. В. Збруева, А. П. Смирнов, К. В. Сальников и др.), в Ср. Азии (С. П. "Толстов", А. Н. "Бернштам", М. Е. "Массон" и др.), в Сибири (М. П. Грязнов, В. Н. Чернецов, С. В. "Киселев", Г. П. Сосновский, А. П. Окладников). Археологические культуры Б. в. на терр. СССР исследуются с позиций ист. материализма. Выясняется экономич. и социальное развитие тех обществ, остатками к-рых они являются, затем исследуются на основе изучения социально-экономич. развития особенности обществ., политич. и культурной жизни древних племен и народов, их взаимоотношения, передвижения и дальнейшие судьбы (А. Я. Брюсов, X. А. "Моора", М. Е. Фосс, Т. С. Пассек, С. В. Киселев, М. И. "Артамонов" и др.). Ряд ученых в др. странах, определяя археол. культуры, также стремились к их ист. изучению. В наст. время культуры Б. в. успешно изучаются во всех социалистич. странах (в Чехословакии – Ян Филип, Польше – Ю. Костшевский, Венгрии – Я. Баннер). Среди бурж. ученых, наряду с чисто идеалистич. направлениями, возникают и такие течения, представители к-рых, оставаясь на идеалистич. позициях, со вниманием относятся к работам археологов-марксистов, особенно в историко-экономич. области, используют по-своему достижения и методы марксистской археологии (напр., англ. археолог Г. Кларк). Наиболее выдающимся среди ученых капиталистич. стран и ближе всего стоявшим к материализму был англ. археолог Г. "Чайлд", к-рый в ряде книг дал широкий ист. обзор взаимоотношений культур эпохи энеолита и Б. в., Переднего Востока и Европы. В области изучения Б. в. новейшие достижения выражаются прежде всего в установлении точных хронологич. соотношений археол. фактов [исследования по сравнительной хронологии К. Шеффера (Франция), В. Милойчича (ФРГ) и др.]. Конечно, все это не снимает идеологич. различий, отделяющих марксистскую археол. науку от тех идеалистич. направлений, к к-рым принадлежит большинство археологов капиталистич. стран.

Лит.: Всемирная история, т. 1, M., 1955; Кларк Дж. Г. Д., Доисторич. Европа. Экономич. очерк, пер. с англ., M., 1953; Чайлд Г., У истоков Европ. цивилизации, пер. с англ., Μ., 1952; его же, Древнейший Восток в свете новых раскопок, пер. с англ., М., 1956; Массон В. M. и Мерперт Н. Я., Вопросы относительной хронологии Старого Света, "CA", 1958, № 1; Флиттнер Н. Д., Культура и иск-во Двуречья и соседних стран, Л.–M., 1958; Пендлбери Д., Археология Крита, пер. с англ., Μ., 1950; Маккей Э., Древнейшая культура долины Инда, пер. с англ., Μ., 1951; Дикшит С. К., Введение в археологию, пер. с англ., Μ., 1960; Го Mо-жо, Бронз. век, [Сб.], пер. с кит., Μ., 1959; Киселев С. В., Неолит и бронз. век Китая, "CA", 1960, № 4; Городцов В. А., Культура бронз. эпохи Средней России. [Отчет Ист. музея за 1914], M., 1916; Очерки истории СССР. Первобытнообщинный строй и древнейшие гос-ва, Μ., 1956; Брюсов Я., Очерки по истории племен Европ. части СССР в неолитич. эпоху, M., 1952; его же, Археологические культуры и этнические общности, в сб.: CA, т. 26, M., 1956; Пассек Τ. С., Периодизация Трипольских поселений, M.–Л., 1949; ее же, Раннеземледельческие (трипольские) племена Поднестровья, M., 1961; Попова Т. Б., Племена Катакомбной культуры. М., 1955; Кривцова-Гракова О. А., Степное Поволжье и Причерноморье в эпоху поздней бронзы, М., 1955 (МИА, № 46); ее же, Хронология памятников фатьяновской культуры, в сб.: КСИИМК, в. 14, M.–Л., 1947; Иессен А. А., Из истории древнейшей металлургии Кавказа, в сб.: ИГАИМК, в. 120, M.–Л., 1935: Куфтин Б. А., Археол. раскопки в Триалети, т. 1, Тб., 1941; Крупнов Е. И., Древняя история Сев. Кавказа, M., 1960; Пиотровский Б. Б., Археология Закавказья, Л., 1949; Тр. ЮТАКЭ, т. 7 и т. 10, Аш., 1956–61; Толстов С. П., Древний Хорезм, M., 1948; Τолстов С. Π. и Итина M. A., Проблема суярганской культуры, "CA", 1960, № 1; Киселев С. В., Древняя история Юж. Сибири, [2 изд.], M., 1951; Диков Н. Н., Бронз. век Забайкалья, Улан-Удэ, 1959; Окладников А. П., Неолит и бронз. век Прибайкалья, ч. 3, Μ., 1955 (МИА, № 43); его же, Далекое прошлое Приморья, Владивосток, 1959; Киселев С. В., Исследование бронз. века на терр. СССР за 40 лет, "CA", 1957, № 4; Нариси стародавньоï iстopiï Украïньскоï PCP, К., 1957; Filip J., Pravěké Ceskoslovensko, Praha, 1948; Kostrzewski J., Wielkopolska w pradziejach, Warsz. – Wr., 1955; Mildenberger G., Mittel-Deutschland. Ur-und Frühgeschichte, В. – Lpz., 1959; Déchelette J., Manuel d’archéologie prehistorique, celtique et gallo-romaine, [v.] 2, Ρ., 1912; Montelius Ο., Die älteren Kulturperioden im Orient und in Europa, [Bd] 1–2, Stockh., 1903–23; Van den Вerghe L., Archéologie de l’Iran ancien, Leiden, 1959; Schaeffer С., Stratigraphie comparée et chronologie de l’Asie occidentale, Oxf., 1948; Milojčić V., Chronologie der jüngeren Steinzeit Mittel-und Südosteuropas, Β., 1949; Mellaart J., Anatolia and the Balkans, "Antiquity", 1960, v. 36, № 136.

С. В. Киселев. Москва.



Еще в энциклопедиях


В интернет-магазине DirectMedia