Статистика - Статей: 909699, Изданий: 1065

Искать в "Биографический энциклопедический словарь..."

Грабарь





Грабарь, Игорь Эммануилович

(р. 1871) - живописец, историк искусства, музейный деятель. С детства занимаясь живописью, он по окончании Петербургского ун-та (1893) поступил в Академию художеств (мастерская Репина), которую окончил в 1896. Дальнейшее художественное образование Г. получил за границей, в мюнхенской школе Ашбе (1896-1900). Свое заграничное пребывание Г. использовал для широкого ознакомления с западным искусством как старым, так и новейшим. Это позволило ему выступить почти одновременно в качестве живописца и в качестве художественного критика, В обоих отношениях Г. принадлежал к числу наиболее передовых фигур рус. искусства 1900-х гг., примкнув к группе "Мир искусства" и став деятельным соратником Дягилева, Бенуа, Сомова и других. Его заграничные корреспонденции, появлявшиеся в журн. "Мир искусства", знакомили с текущими событиями в новейшем европейском искусстве, а его живопись этих лет вносила молодую западную струю в тенденции ретроспективизма, господствовавшие среди художников "Мира искусства". Этим определяется двойственное положение Г. в "Мире искусства": близость к группе в культурно-художественных вопросах и расхождение в области живописного творчества.

Для живописи Г. характерны три черты, которые проявились с первых же его выступлений: во-первых это реалист, избравший своей специальностью пейзаж и натюрморт; во-вторых его интересы ограничиваются передачей света и воздуха, изменяющих локальную окраску предметов; в-третьих живописные решения этих вопросов он пытается дать исследовательски, аналитически. Грабарь пишет пейзажи и натюрморты, акцентируя их воздушно-световую атмосферу так, как если бы дело шло не о субъективном восприятии его глаза, а об объективной данности. Его техника поэтому родственна технике "научной" ветви европейского импрессионизма - дивизионизму или пуантилизму; поэтому типичные картины Г. представляют собой по внешней обработке густую сеть мелких цветовых мазков, которые, на расстоянии смешиваясь, вызывают впечатление света, окутывающего предметы. Диапазон этой системы сугубо ограничен, и у Грабаря так же, как у его западных учителей, эволюция искусства невелика: ранние вещи Г. отличаются большей монохромностью, новейшие - большей цветистостью и декоративностью; с 1908, отходя от импрессионизма, он начинает разработку главным образом проблем цвета. "Живописный позитивизм" Г. не получил в русском искусстве сколько-нибудь широкого распространения, и Г. стоит особняком, своего рода метеоритом импрессионизма, упавшим в нашу живопись. Картины Г. имеются в центральных музеях СССР и в ряде провинциальных (Казань, Нижний Новгород, Ярославль, Вологда, Вятка, Пермь и др.), равно как в некоторых музеях и собраниях Европы и Америки. Главнейшие работы - в Третьяковской галерее ("Луч солнца", 1901, "Мартовский снег", 1904, "Февральская лазурь", 1904, "Неприбранный стол", 1907, "Рябинка", 1915), в Национальной галерее в Риме ("Утренний чай", 1904) и в ленинградском Русском музее ("Яблоки и цветы", 1904, "Груши", 1915). Свои силы Г. пробовал и в области архитектуры, построив под Москвой больничный городок (Захарьинский санаторий, 1909-1913).

Прямо противоположна художественной специфичности Грабаря по своей широте его роль как историка искусства и музейного деятеля. Уже в первый период своей деятельности в данной области (с 1909 как редактор "Истории русского искусства" и с 1913 - как "попечитель", т. е. директор Третьяковской галереи) Грабарь обнаружил свои огромные способности организатора и исследователя. Реформа Третьяковской галереи, проведенная им в 1913-14, была самым крупным событием русской музейной жизни предреволюционного периода. Сопротивление, оказанное реакционной частью Московской городской думы и старыми художниками, общественная и газетная полемика, создавшая целую литературу, выдвинули вопрос о "перевеске картин" в Третьяковской галерее далеко за пределы его практического значения, придав ему сугубо принципиальный характер - уничтожения частновладельческой замкнутости рус. музеев и реорганизации их в научно оправданные просветительные учреждения. Вопрос стоял так потому, что "перевеска" Г. нарушала завещание основателя галереи и коренным образом изменяла тот облик галереи, который придал ей П. М. Третьяков. Победа Грабаря, поддержанного прогрессивными кругами, была определенным общественным событием на фоне послестолыпинских лет и сплотила вокруг Г. большую группу историко-художественной и музейной молодежи, составившей вместе с ним основное ядро музейных работников первого революционного периода. С точки зрения нынешних музейных требований реформа Г. была очень умеренной, сводясь к исторической систематизации произведений и большей наглядности их экспозиции, в соответствии с новыми историко-художественными данными.

Эта реформа стояла в непосредственной связи с другим, более ранним начинанием Грабаря, создавшим ему широкую популярность, - с его опытом публикации коллективной и общедоступной "Истории русского искусства" (1909-1914). Уже увлечение ретроспективизмом, свойственным "Миру искусства", вызвало к жизни усиленное изучение русской старины. Высшей точкой этого движения была деятельность журнала "Старые годы". Однако движение это сопровождалось всеми особенностями замкнутости и дворянско-плутократической специфичности, характерными для группы основателей и вдохновителей журнала. Грабаревская "История русского искусства", с сопутствующими ей монографиями русских художников, была опять-таки прорывом в широкие круги демократической интеллигенции, давая движению охраны искусства от вандализмов последних лет самодержавия значительную общественную базу. К составлению "Истории русского искусства" был привлечен Грабарем ряд значительнейших сил, выдвинувших новые проблемы во всех областях изучения русского искусства. Война прервала публикацию; однако вышедшие в свет тома (архитектура, скульптура, древнерусская живопись) получили капитальное значение как обилием фактического материала, так и его формально-художественной разработкой. В этом отношении и сейчас "История русского искусства" не потеряла ценности. Эта предшествовавшая деятельность Грабаря подготовила его и к выполнению задач, поставленных музейному делу революцией. Грабарь с самого ее начала принял ближайшее участие в организации первых музейных органов Советской власти, а затем играл руководящую роль в центральном музейном управлении (Музейный отдел Наркомпроса). При его участии был проведен ряд основных декретов: об учете и охране музейных ценностей, организации музейного фонда, национализации крупнейших частных коллекций и т. п. В частности Грабарь провел меры государственного собирательства и реставрации памятников древнерусского искусства. С дальнейшим развитием музейной работы, повлекшим реорганизацию первоначального плана рационализации музеев и огромную дифференциацию музееведения и особенно поставившим на очередь непосредственную связь музеев с задачами реконструкции советского хозяйства, роль Г. естественно значительно сузилась; он теперь избрал своею специальностью вопросы художественной реставрации, в качестве директора научно-показательного учреждения этого рода - Центральных государственных реставрационных мастерских. Опыты Г. в этом направлении, равно как и публикация им трудов мастерских, встретили значительный интерес и на Западе, особенно в связи с выставкой древнерусского искусства, которая, по поручению советских государственных органов, была организована и показана Г. в заграничном турне в 1929. С 1920 - проф. 1 МГУ, с 1928 - заслуженный деятель искусства. Г. является одним из редакторов отдела изобразительных искусств Б.С.Э.

Важнейшие историко-художественные исследования Грабаря: Упадок или возрождение?, прил. к "Ниве", январь-февраль, 1897; Ф. Алексеев, "Старые годы", 1907; История петербургской архитектуры, "История русского искусства", т. III, Москва, 1911-12; Происхождение Александровского классицизма, "Старые годы", 1912; В. А. Серов, Москва, 1915; Феофан Грек, Казань, 1922; Freskomalerei der Dimitri Kathedrale in Wladimir, B., 1926; Андрей Рублев, 1-й сборник Реставрационных мастерских, 1927; Мадонна из Нижнего Тагила, 2-й сб. Реставрационных мастерских, 1928; Sur l'évolution du type iconographique de la Vierge Eleousa, P., 1930 ("Mélanges Charles Diehl").

Абр. Эфрос.



Еще в энциклопедиях